Главная › Каталог статей › Великая Отечественная
Великая Отечественная
Бои за Крюково (ч.4)
06.07.2017 48 0.0 0

Выход Панфиловской дивизии из полуокружения

(28 ноября 1941 г., 14.00-24.00)

28 ноября 1941 г. два удара немецких частей, сопровождаемых танками, создали угрозу окружения 8 гв.сд.

Один удар – со стороны Солнечногорска вдоль Ленинградского шоссе: здесь противник во второй половине 28 ноября 1941 г. захватил станцию Поворово. Другой удар – описанный выше прорыв немецких танков по большаку Трусово-Соколово-Лыткино-Марьино. Оба удара были направлены к станции Крюково.

8 гв.сд оказалась в «мешке»: чтобы превратить это полуокружение в полное окружение, противнику оставалось перекрыть горловину «мешка» шириной 5 км – от Поворово до Марьино. Положение для 8 гв.сд усугублялось тем, что стрелковые части оказались отрезанными от штаба дивизии, дивизионной артиллерии и тылов и потеряли со штабом дивизии связь.

Выход 8 гв.сд из «мешка» описывает Б. Момыш-улы в своей книге «Психология войны»:

«Помню ещё трагический момент. После того как немцы выбили нас из Соколово, они устремились на Ленинградское шоссе. Мы оказались в районе Тебеньки <на нынешних картах – «урочище Тебеньки» – И.Б.> и Паладино <Повадино, в 2.5 км восточнее Соколово – И.Б.>. Я отозвал своих бойцов и решил их вывести. Тут дорога через Паладино <Повадино – И.Б.> выходила на совхоз «Дедешино» <вспомним, что последний приказ командира дивизии перед потерей связи был: выходить в район Дедешино – И.Б.>. Если немцы опередят нас и займут Дедешино, мы окажемся в окружении.

Веду свой полк в лес. Встречаем 1075-й полк под командованием майора Старикова. Присоединяются к нам командир отдельного миномётного батальона с 27-ю миномётами
<вероятно, здесь ошибка в воспоминаниях Момыш-улы; в другом источнике (книга «За нами Москва», он указывает точнее: «сапёрный батальон» - И.Б.>, пеший эскадрон <20 кд – И.Б.>, то есть кавалеристы, потерявшие своих лошадей, человек 120 под командованием одного капитана. Всего собралось около двух-трёх тысяч человек.


Пять раз я выходил из окружения, у меня уже есть опыт. Тут смотрю, как бы не попасть опять в окружение. Но в таком положении – разные части, разные подразделения, нет единого начальника – очень трудно найти выход. Вы представляете себе, какая каша заварилась!

Вот тут Логвиненко сделал большое дело. В эту серьёзную минуту он не растерялся. Предложил поручить командование одному человеку. Но кому?

Логвиненко предложил: тут три полковника, три майора, капитаны, давайте соберём командный состав, пусть решают, что делать, как командовать этой толпой.

Он собрал весь старший начсостав, обрисовал наше сложное положение и говорит:

– Старшего командира нет. Я собрал вас, чтобы спросить: кто примет командование всей группой и возьмётся вывести бойцов из этого полукольца.
Все молчат.
– А как ты думаешь, товарищ старший лейтенант? – обратился он ко мне.
Я говорю:
– Принимаю командование всей группой на себя.
Пока они все думали и молчали, он говорит:
– Выбирай комиссара.
Я, не задумываясь, отвечаю:
– Комиссаром прошу Логвиненко.
Он согласился.

Это было исключительно верное и умное решение, и спасением этой группы мы обязаны Логвиненко. За это ему слава и честь. Справедливость требует отметить это.

Когда я принял командование группой, в ней было около 4000 человек. Я собрал командиров и объявил:

– Товарищи, мы здесь находимся в опасности окружения. Возможно, что той дорогой, которой мы хотели пройти, придётся проходить с боями. Исходя из этого, я решил принять командование на себя, взять вывод группы из окружения на себя.

Представляюсь: командир 1073-го гвардейского стрелкового полка старший лейтенант Момыш-улы».


В 16 часов стемнело, двинулись на восток: справа – 1075 сп Момыш-улы, слева – 1075 сп Старикова, сапёры и кавалеристы – сзади, выслали ближнюю разведку, выбрали направление – на Марьино, а там – немцы.

Документов о выходе из полуокружения пока обнаружить не удалось; есть лишь обрывочные воспоминания участников.

Из книги А.С. Трефилова «У ворот Москвы» (записки офицера), Алма-Ата, «Казахстан», 1982, с. 99-100:

«…Мы потеряли половину личного состава 2-го батальона <1073 сп – И.Б.>. В этот день – 28 ноября – полк оставил Соколово. Враг захватил селение, понеся большие потери. За эти дни было истреблено до двухсот вражеских солдат и офицеров, подбито четыре танка, шесть грузовых машин, взорван склад с боеприпасами, уничтожено девять орудий. Противник был задержан здесь на трое суток…

…Под прикрытием огня 1-го батальона полки оторвались от противника. По приказанию комиссара Логвиненко лейтенант Вершинин, уже, будучи раненым, дважды ходил в разведку в Полежайки. Данные его были исчерпывающими, достоверными. Это и помогло командованию принять верные решения.

Деревня Полежайки горела и поэтому своё оборонительное значение утратила: мы обошли её стороной. Около 17 часов, как и было предусмотрено маршрутом движения, направились в Марьино, но там уже оказались фашисты. После тяжёлого боя мы отошли на Лыткино, но и отсюда пришлось отступить…».


Момыш-улы («Психология войны»: «На промежуточных боях от Соколово в районе деревень Демьянское <мной такая деревня не обнаружена – И.Б.>, Красная Горушка <Красная Горка, рядом с Марьино – И.Б.> подробно останавливаться не буду. Подробности даны в повести Бека <повесть не была опубликована; сведения остались, вероятно, в черновиках писателя А. Бека – И.Б.>.

К полуночи мы прибыли в район совхоза «Дедешино».

Связавшись, наконец, со штабом дивизии, вышедшие из «мешка» подразделения получили распоряжение расположиться: 1075 сп – в районе совхоза «Дедешино», 1073 сп – севернее и северо-восточнее, загибая линию обороны дивизии с востока к северу, 3-й батальон 1077 сп – в деревню Алабушево, во второй эшелон.


Возвращение 1077-го полка

Ранним утром 29 ноября 1941 г., ещё до рассвета, в Панфиловскую дивизию вернулся 1077 сп, вернее, два батальона этого полка. Напомню, что ещё 21 ноября они были приданы кавалерийской группе Доватора и, совершив марш к Солнечногорску, встали на линию обороны. Подробно эти события были мной описаны ранее (см. главы «Особая задача 1077-го стрелкового полка» и «1077-й стрелковый полк совершает марш к Солнечногорску»).

28 ноября 1941 г. 1077 сп передал свои боевые позиции в Красной Горке 159-му стрелковому полку 7-й гвардейской сд и начал марш на соединение со своей дивизией. Встреча с ней намечалась на станции Алабушево. Марш совершался не только под непрерывным воздействием немецкой авиации, но и при непосредственном соприкосновении с противником. Накануне, 26 ноября, в тяжёлом бою под Пешками, был ранен командир полка майор Зиновий Самойлович Шехтман; временно его заменил военный комиссар полка старший политрук Александр Михайлович Корсаков.

В сложной обстановке первый бой на марше полк имел 28 ноября, отбивая совместно с частями 50-ой кавалерийской дивизии (из кавалерийской группы Доватора) наступление врага на Михайловку, Жуково, Берёзки.

Дошли до станции Поворово и сразу опять в бой. У платформы Поворовка пересекли железную дорогу, свернули на восток и вышли к Ленинградскому шоссе в районе деревни Дурыкино.

Когда полк вышел на шоссе, слева с противником вела бой 7 гв.сд. Под покровом ночи полк обошёл этот район и двинулся по шоссе на юг. Возле деревни Чашниково – опять немцы. Пришлось выделять от каждого батальона по одной роте, чтобы отразить атаки прорвавшихся сюда немецких автоматчиков.

Между Чашниково и Матушкино рано утром 29 ноября 1941 г. вышли на правый фланг к тылам своей дивизии и направились в Алабушево.


Переход штаба 16-й армии из Крюково в Сходню

С 26 по 28 ноября 1941 г. штаб 16-й армии Рокоссовского располагался в Крюково (Скрипицыно). Здесь Рокоссовский вёл переговоры с Генеральным Штабом, сюда ему два раза звонил лично Сталин. Несколько раз Рокоссовский выезжал из Крюково в Чёрную Грязь, где у него был оборудован временный командный пункт, предназначенный для организации контратак против немецких войск, прорвавшихся к Красной Поляне.

Но 28 ноября обстановка осложнилась: противник находился уже в нескольких километрах от Крюково, участились авиационные бомбёжки, к окраинам Крюково стала проникать немецкая разведка.

Рокоссовский приказал оборудовать новое место для расположения штаба в районе дачного посёлка Сходня. Штаб расположился в доме детского сада, в лесу напротив стекольного завода.

Вспоминает член Военного совета 16А Алексей Андреевич Лобачёв:

«16-я армия таяла на глазах. Пополнения поступали редко. Мы были рады каждой новой сотне солдат, даже милиционерам, отряды которых прислал начальник московской милиции Романченко.

Штаб армии опустел. Почти все находились в частях. На КП неизменно можно было застать лишь М. С. Малинина с небольшой группой офицеров.

За полтора месяца боев за Москву полоса обороны нашей армии трижды сокращалась. 14 октября она составила 110 километров, 16 ноября — около 80 километров, в районе Сходни — 40 километров. Несмотря на значительные потери, наши бойцы и командиры сумели сдержать натиск мощных мотомеханизированных групп противника и не допустить их прорыва в оперативную глубину.

Управление очень усложнилось. Крупный водный рубеж — река Истра — фактически разделял фронт армии на два изолированных участка. На новом КП получили приказ Военного совета фронта. «Крюково — последний пункт отхода, и дальше отступать нельзя, — говорилось в нем. — Отступать больше некуда. Любыми, самыми крайними мерами немедленно добиться перелома, прекратить отход. Каждый дальнейший ваш шаг назад — это срыв обороны Москвы. Всему командному составу снизу доверху быть в подразделениях, на поле боя...»


Cуровые, резкие, но правильные слова!

В некоторых краеведческих материалах утверждается, что штаб Рокоссовского переместился из Крюково в Сходню 1 декабря 1941 года. Постараюсь показать ошибочность этой точки зрения.

По уставу (не говоря уже о моральных соображениях) штабы подчинённых частей должны находиться ближе к своим подразделениям (и к линии фронта), чем головной штаб. Где же находились до 29 ноября штабы оборонявших Крюково Панфиловской дивизии и кавалерийской группы Доватора?

Из донесений Доватора: «27 ноября 1941 год. …12.40. КП кав. группы в Жукове в течение трёх суток находится под огнём. Переведён в Дудкино». Где это Дудкино? Рядом с Поварово, в 12 км севернее Дедешина и Алабушева, практически в тылу у немцев. Можно предположить, что 28 ноября штаб Доватора располагался там же. Косвенно об этом сообщает побывавший у Доватора 28 ноября отчаянный журналист Евгений Кригер (см. его репортаж «У гвардейцев Доватора» в книге: Венок славы. Т.2. Битва за Москву. М., Современник, 1984, сс.362-366).

А штаб Панфиловской 8гв.сд 29 ноября 1941 года располагался сразу за боевыми порядками 1075 полка (см.: «Крюковские ведомости» № 23, статья «Бои у Крюково», раздел 6 «Бой за Алабушево»). Штаб едва не был захвачен наступавшим противником; налицо его нерациональное размещение. Почему?

Потому что штаб 16А расположен слишком близко к линии фронта, в Крюкове. Значит, и подчинённые (дивизионные и, тем более, полковые) штабы должны быть практически на передовой.

Ситуация резко меняется в 17 часов 00 минут: оба штаба – кав.группы Доватора и 8 гв.сд переведены в Назарьево (в 5 км восточнее Крюково). Это может означать только одно: ранее 17.00 штаб командарма-16 Рокоссовского покинул Крюково (передислоцировался в район Сходни). Краеведов, видимо, смутили следующие строки из вышеупомянутой книги К.К. Рокоссовского (сс.93-94), которые по контексту можно отнести (а можно и не относить) к 1 декабря 1941 г.: «Противник оттеснил наши войска на рубеж Клушино, Матушкино, Крюково, Баранцево. Всё, что возможно, мы ввели и на этом участке. Однако оставлять КП армии в Крюково уже было нельзя. Снаряды и мины рвались на улицах. На северной окраине наши отбивались от немецких танков». Этот текст можно отнести и к обстановке 28-29 ноября.

Отсюда и следует оценка времени перехода штаба 16А из Крюково в Сходню: раньше вечера 29 ноября 1941 г., скорее всего, из соображений безопасности, в ночь с 28 на 29 ноября 1941 г.


Пружина сжимается…

К концу ноября оборонительное сражение на правом фланге Западного фронта достигло наивысшего накала. После ожесточённых трёхдневных боев на Рогачевско-Дмитровском, Солнечногорском и Истринском направлениях противник вновь потеснил наши войска и вышел в районы, удалённые от окраин столицы всего на 23–35 км.

Особенно опасной продолжала оставаться обстановка в полосе 16-й армии в районе Крюкова, где сильно ослабленные кровопролитными боями 8-я, 9-я гвардейские и 18-я стрелковая дивизии при поддержке танкистов 1-й гвардейской танковой бригады генерал-майора М. Е. Катукова вели поистине героическую борьбу с главными силами 4-й танковой группы противника.

Продвижение, которого противнику удалось добиться в ноябрьских боях северо-западнее Москвы, стоило ему крайнего напряжения сил и огромных жертв. Немецко-фашистские войска к концу ноября были измотаны и обескровлены, но, собрав свои последние силы, все же упорно стремились любой ценой прорваться к столице.

Многие из дивизий противника в двадцатидневных ожесточённых боях на подступах к Москве понесли большие потери (от 50 до 60%). По ряду документов и из показаний пленных было установлено, что во многих ротах осталось от 30 до 60 человек (из 100-120). Не меньшие потери несли и наши войска.

В ходе этого исключительного по ожесточению сражения командующий Западным фронтом генерал армии Г.К. Жуков изыскивал резервы, буквально «наскребая» их для усиления особо опасных направлений. Например, утром 29 ноября он отдал приказ:

«От каждой стрелковой дивизии 5, 33, 43 и 49-й армий срочно выделить по одному стрелковому взводу с положенным оружием, боеприпасами и сухим пайком надвое суток. Взводы выделить из уже участвовавших в боях и не позднее 17 часов автотранспортом направить в распоряжение командарма 16 для укомплектования 8-й, 9-й гвардейских и 18-й стрелковых дивизий».

В этом предельном напряжении противоборствующих сил была принципиальная разница. Сила немецких войск иссякала, все резервы были использованы. Советские же войска вели напряжённые оборонительные бои, накапливая (в строгой тайне от врага) резервы для нанесения решительного удара. Для иллюстрации приведу два «диалога»: фельдмаршала фон Бока с Гитлером и генерал армии Жукова со Сталиным.


Два диалога 29-30 ноября 1941 г.

(Гитлер — фон Бок и Сталин — Жуков)

«Диалог» Гитлер — фон Бок. Цитирую по книге: Л.А. Безыменский. Укрощение «Тайфуна» (Московский рабочий, 1987, с.167 ):

«30 ноября 1941 года у командующего группой армий «Центр» генерал-фельдмаршала фон Бока раздался телефонный звонок. Звонил из Берлина начальник оперативного отдела генштаба Хойзингер.

Он спросил: «Фюрер хочет знать, когда можно будет объявить об окружении Москвы?»
Не вступая с ним в объяснения, Бок попросил к телефону Браухича.
Во время разговора с главнокомандующим сухопутными силами Бок признался:
«Положение критическое. Я бросаю в бой все, что у меня есть, но у меня нет войск, чтобы окружить Москву. Противник понял наш замысел, и он сосредоточивает свежие силы севернее и южнее Москвы. Моя единственная надежда – продолжать фронтальное наступление. Но если это делать, то возникает опасность изнурительной схватки – такой, какая была под Верденом 25 лет назад. У меня нет желания принимать участие в такой битве. Я заявляю, что силы группы армий «Центр» подошли к концу».


Между немецкими командующими состоялся нервный диалог. Они не договаривали до конца, не произнесли слово «поражение», и разговор соскальзывал на второстепенные вопросы…

Браухич: Фюрер уверен, что русские находятся на грани краха. Он ожидает от вас точного доклада, когда этот крах станет реальностью?

Бок: Командование сухопутных войск неправильно оценивает обстановку. Я десять раз докладывал за последние дни, что у группы войск нет сил для того, чтобы добиться успеха.

Браухич: Но за исход операции отвечаете вы!

Бок: У меня нет зимнего обмундирования!

Браухич: Ничего подобного, обмундирование было выделено!

Бок: Я заверяю вас, что оно не получено… ОКХ и фюрер неправильно оценили обстановку. Тот факт, что оно не получено, является для меня лучшим подтверждением тому, что ставка не знает настоящего положения… Я повторяю, г-н фельдмаршал, что произошёл огромный просчёт. Командование сухопутных сил и сам фюрер, к сожалению, переоценили наши силы… Прошу доложить фюреру, что группа не может достигнуть намеченных рубежей. У меня нет сил».

Браухич: …Но фюрер хочет знать, когда же падёт Москва?

Бок: Что вы спрашиваете? Неужели вы не знаете, что здесь творится?

Браухич: Бок, вы отдали приказ о новом наступлении? Когда оно начнётся?..»

Анализируя боевые итоги дня, фон Бок вспоминал этот разговор. Он и раньше понимал, что окружить Москву не удастся. Если хотя бы перерезать главные дорожные артерии, тогда удастся взять столицу в блокаду, как Ленинград, и, дождавшись весны и подкреплений, начать последний и решительный штурм Москвы.

Но Гитлер дал приказ окружить Москву, и нужно этот приказ выполнять.

Только что пришло сообщение, что удержать плацдарм за каналом у Дмитрова не удалось: 7-я танковая дивизия генерала Функа отброшена за канал, начались упорные бои за Яхрому…

Хотя и удалось взять у русских Красную Поляну, но подкрепить успех нечем: последний резерв, 1-я танковая дивизия, брошен в бушующую топку боев — туда, к Яхроме… Что ж, пора создавать бастион для весеннего наступления…

Именно с этого момента штаб фельдмаршала фон Бока на своих картах отметил железнодорожную станцию Крюково как важный стратегический пункт, где удобно накапливать силы для последующего броска. Конечно, в официальных приказах по-прежнему звучали требования: наступать, наступать! А в Берлине уже были заготовлены медали «За взятие Москвы»…


"Диалог» Сталин — Жуков. Из воспоминаний Г.К. Жукова:

«29 ноября я позвонил Верховному Главнокомандующему и, доложив обстановку, просил его дать приказ о начале контрнаступления.

И.В. Сталин слушал внимательно, а затем спросил:

- А вы уверены, что противник подошёл к кризисному состоянию и не имеет возможности ввести в дело какую-нибудь новую крупную группировку?

- Противник истощён. Но если мы сейчас не ликвидируем опасные вражеские вклинения, немцы смогут подкрепить свои войска в районе Москвы крупными резервами за счёт северной и южной группировок своих войск, и тогда положение может серьёзно осложниться.

И.В. Сталин сказал, что он посоветуется с Генштабом.

Я попросил начальника штаба фронта В.Д. Соколовского, который также считал, что пора вводить в действие наши резервные армии, связаться с Генштабом и поддержать наше предложение о целесообразности начала незамедлительного контрнаступления.

Поздно вечером 29 ноября нам сообщили, что Ставка приняла решение о начале контрнаступления и предлагает представить наш план контрнаступательной операции.

Утром 30 ноября мы представили Ставке соображения Военного совета фронта по плану контрнаступления, исполненному графически на карте с самыми необходимыми пояснениями. Подробностей от нас не требовалось, поскольку все основное было заранее оговорено лично с И.В. Сталиным, Б.М. Шапошниковым и А.М. Василевским».


Одновременно с планом Жуков отправил в Генеральный Штаб шифротелеграмму:

"Верховному Главнокомандующему от 30 ноября 1941 г.

ЗАМ. НАЧ. ГЕН. ШТАБА

генерал-лейтенанту т. ВАСИЛЕВСКОМУ

Прошу срочно доложить Народному Комиссару Обороны т. Сталину план контрнаступления Зап. фронта и дать директиву, чтобы можно было приступить к операции, иначе можно запоздать с подготовкой

Жуков 30.11.41 г."


К шифротелеграмме прилагалась объяснительная записка (привожу фрагмент):

"НАРОДНОМУ КОМИССАРУ ОБОРОНЫ

товарищу СТАЛИНУ

ОБЪЯСНИТЕЛЬНАЯ ЗАПИСКА К ПЛАНУ-КАРТЕ КОНТРНАСТУПЛЕНИЯ АРМИЙ ЗАПАДНОГО ФРОНТА

1. Начало наступления, исходя из сроков выгрузки и сосредоточения войск и их до-вооружения: 1 ударной, 20 и 16 армий и армии Голикова с утра 3-4 декабря...

2. Состав армий согласно директивам Ставки и отдельные части и соединения, ведущие бой на фронте в полосах наступления армий, как указано на карте.

3. Ближайшая задача: ударом на Клин, Солнечногорск и в истринском направлении разбить основную группировку противника на правом крыле...

...........

5. Главная группировка авиации (3/4) будет направлена на взаимодействие с правой ударной группировкой...

Жуков Булганин Соколовский

30.11.41 г.»



На этом плане Верховный Главнокомандующий поставил резолюцию:

«СОГЛАСЕН. И. СТАЛИН».



Бой за Алабушево

(29 ноября 1941 г.)

Командующий Западным фронтом генерал армии Г.К. Жуков уже разработал и предложил Сталину и Генеральному Штабу план скорого контрнаступления, начальник штаба Западного фронта генерал-лейтенант Соколовский уже обобщает разведданные и вычерчивает на карте линии и стрелы будущих направлений боевых ударов…

А части 16-й армии по-прежнему ведут тяжёлые арьергардные бои. Противник, двумя ударами в направлении станции Крюково (со стороны Поварово и со стороны Соколово) начал 28 ноября 1941 г. операцию по окружению 8-й гв.сд. С боями выйдя из «мешка», 8 гв.сд к исходу дня встала в оборону у совхоза Дедешино, имея 1073, 1075 сп в первой линии обороны и 1077 сп во втором эшелоне (у Алабушево).

Сначала приведу выписку из «Краткого очерка боевых действий 8 гв.сд»:

«29.11.41 г. Части дивизии и приданные части получают боевой приказ №23 занять оборону: отм. 224,0, восточную окраину Алабушево, отм.216,1, Каменка, Савелки, Ржавки.

Противник с утра, несмотря на плохую погоду, вновь ведёт наступление. Основное направление он выбирает Алабушево. Ведя с утра упорные бои, части 1075 и 1077 сп оставили к концу дня свх. Дедешино, рабочий посёлок, Алабушево»
.

В этой выписке не соблюдена хронология: сначала говорится о положении дивизии к концу дня, а потом – о боях с утра того же дня. Видимо, летописцу хотелось сгладить ту сумятицу, которая случилась 29 ноября 1941 г. Выстрою события в хронологический ряд и опишу их подробнее…

С утра 29 ноября противник, сосредоточив до полка пехоты и большое количество танков, одновременно повёл наступление на Жилино и совхоз «Дедешино». Эти направления были выбраны противником потому, что его основной ударной силой были танки (пехота уже полностью была обессилена), а танки могли двигаться только по двум большакам: Истра-Еремеево-Жилино-Крюково и Соколово-Марьино-Дедешино-Алабушево.

1075 сп, несмотря на упорное сопротивление, вынужден был оставить Дедешино, а затем и рабочий посёлок. Упомянутый «рабочий посёлок» - это нынешняя деревня Алабушево, расположенная к западу от железной дороги и не вошедшая в черту Зеленограда. Большинство жителей посёлка, образованного в 1937 году, ездило работать в Москву, а здесь им было определено место жительства. Посёлок в 1941 году не имел названия и даже не был нанесён на карты.

Ввиду того, что за железной дорогой, в Алубешево, во втором эшелоне оборону держал 1077 сп, 1075 сп был отведён во второй половине дня на два километра юго-восточнее, в Александровку.

1073 сп, обороняясь по опушке леса к северо-востоку от совхоза «Дедешино», вследствие оставления рубежа 1075 сп был вынужден также отходить в юго-восточном направлении, для того, чтобы не оказаться окружённым моторизованными частями противника.

1077 сп занимал оборону во втором эшелоне дивизии. О тяжёлом бое 1077 сп 29 ноября 1941 г. сообщает в своих воспоминаниях военком 1-го батальона 1077 сп Василий Максимович Малкин (В.М. Малкин. Документальный очерк «Как был сорван вражеский удар от Солнечногорска в сторону Москвы». В «Книге памяти Солнечногорского района. Третья книга. Солнечногорск, 2000 г., с. 53»):

«В Алабушево полк получил пополнение – 237 бойцов и командиров, среди них более 50-ти коммунистов и комсомольцев. Новичков тут же распределили по батальонам. Личный состав полка накормили из походных кухонь горячей пищей, и подразделения отправились в свои новые районы обороны. 1-й батальон, командование которым принял лейтенант И.М. Баранов, остался в Алабушево, 2-й пошёл в деревню Александровку, 3-й ещё южнее, ближе к Крюково.

События развивались стремительно. Враг торопился, рвался к Москве, не считаясь с потерями. Не успели бойцы Ивана Баранова окопаться, как противник, прорвавшийся к Алабушево, их атаковал. Противостоять двум пехотным батадьонам и двенадцати танкам было невозможно. Пришлось оставить Алабушево».


А вот как эмоционально описывает бой 1077 сп командир 857арт.полка 8гв.сд полковник Г.Ф. Курганов:

«…Под напором превосходящих сил противника дивизия заняла оборону в районе Алабушево, рабочий посёлок, что северо-западнее Крюково. Противник повторял атаку за атакой.

Во второй половине дня к фашистам подошла подмога – эсэсовское соединение. Пьяные немцы пошли в психическую атаку. Напор противника был сильным и стремительным. Наши части, сдерживая атаки неприятеля, шаг за шагом отходили, цепляясь за каждый кустик и кочку.

Вот наши «смельчаки», пятясь с винтовками наперевес, отошли уже к командному пункту дивизии. Ещё миг и фашисты захватят штаб, боевое Красное Знамя. Кажется, конец дивизии неминуем.

В этот критический момент 2-я батарея прямой наводкой открыла огонь по атакующим танкам. Начальник штаба полковник Серебряков И.И. выхватил знамя, подняв его высоко над головой, бросился в атаку на врага с криком «Ура! Ура-аа!». За ним справа и слева подскочили комиссар Егоров и командир дивизии полковник Шелудько, весь личный состав штаба и управления дивизии. За ними бросились в атаку все, кто находился в районе КП и штаба, в том числе и артиллеристы. Отступавшие бойцы развернулись и также бросились в атаку. Третий дивизион артполка под командованием Поцелуева Д.Ф. (комиссар дивизиона Усачев С.И.) открыл заградительный огонь по отступающим фашистам. Немцы бросились наутёк, оставив на снегу множество трупов автоматчиков. Это было 29 ноября 1941 года» .


К 17 часам (т. е. с наступлением ночи) противник прекратил активные действия. К концу дня противнику удалось захватить рабочий посёлок и, пересёкши железную дорогу, - деревню Алабушево. 1077сп занял оборону по опушке леса восточнее Алабушево.

Итоги дня были подведены в боевом приказе на оборону № 023 командира 8гв.сд [Сб. трудов ГЗИКМ, вып. 6. М. – Зеленоград, 2005, сс.143-144]):

БОЕВОЙ ПРИКАЗ № 023 КОМАНДИРА 8 ГВ. СД от 29 ноября 1941 года:

«1. Противник с утра 29.11 развивал наступление на восток, потеснил 1075 сп и к 17.00 последовательно овладел- дом отдыха, рабочий посёлок и окраиной Алабушево.

3. 8 гксд с приданными 44 кд, 23 тбр, 18 тбр, 139 отб занимает и упорно обороняет полосу отм. 224,0 вост. окр. Алабушево, отм. 216,1 Каменка, Савелки, Ржавки.

4. 1077 сп занять и упорно оборонять участок: отм. 224,0 зап. опушку леса ¾ км восточнее Алабушево, Матушкино.

ПП - 3/857 ап. КП - Матушкино.

Граница слева: иск. Ржавки, Алабушево, Марьино.

5. 1075 сп - занять и упорно оборонять участок иск. отметка 216,1 , Красный Октябрь.

Граница - Савелки, отм. 216,1 , иск. Крюково, Голубое.

6. 1073 сп - занять и упорно оборонять участок иск. отм. 216,1 зап. окр. Крюково, иск. Каменка, Дачи.

7. 23 тбр - организовать танковые засады в районе Крюково с задачей не допустить продвижение танков и пехоты противника из направления Жилино и Баранцево.

8. 19 тбр организовать танковые засады в районе западной опушки леса, вост. Алабушево с задачей не допустить продвижения танков и пехоты противника из направления Алабушево, Крюково.

9. 139 отб организовать танковые засады в р-не КИРП. с задачей не допустить прорыва танков и пехоты из р-на АЛАБУШЕВО, АНДРЕЕВКА, ЖИЛИНО.

10. 44 кд занять и подготовить участок для обороны отм. 217,3, выс. 221,6 САВЕЛКИ, РЖАВКИ.

Подготовить контратаки в направлениях:

а) РЖАВКИ, МАТУШКИНО, АЛАБУШЕВО.

б) САВЕЛКИ, КРАСНЫЙ ОКТЯБРЬ, АЛЕКСАНДРОВКА.

в) САВЕЛКИ, КРЮКОВО.

14. КП - НАЗАРЬЕВО

Командир дивизии полковник ШЕЛУДЬКО»


Прокомментирую этот приказ…

Сначала отмечу, что штаб Панфиловской дивизии к исходу дня 29 ноября 1941 г. расположился в деревне Назарьево, в 5 км восточнее станции Крюково. За несколько часов до этого штаб находился восточнее Алабушево, сразу за боевыми порядками 1077 сп, и едва не был захвачен наступающим противником. Мы знаем причину близости штаба 8 гв.сд к передовой: штаб вышестоящей инстанции – 16-й армии – находился в Крюково (Скрипицыно), тоже близко к линии фронта.

Далее… В приказе № 023 указывается не расположение полков к моменту написания приказа (вечер 29 ноября 1941 г., после 17.00), а требование к их размещению, т. е. лишь в исполнение этого приказа части стали соответственно передвигаться и размещаться.

Где же располагались полки 8 гв.сд на момент написания приказа? 1073 сп занимал оборону на правом фланге дивизии, от северной окраины Алабушево до Ленинградского шоссе у Чашниково (исключительно). 1077 сп был рассредоточен (первоначально он был во втором эшелоне): 1-й батальон остался в Алабушево, 2-й переместился в деревню Александровку, 3-й – ещё южнее, ближе к Крюково. 1075 сп занял оборону в районе Александровки.

Приказ комдива Шелудько требовал перемещения 1073 сп с правого фланга дивизии на левый фланг: из района Чашниково – Алабушево - Матушкино в район Крюково – Каменка – Малино (Дачи).


Прорыв противника к Матушкино и Савелкам (30 ноября 1941 г.)

Заметим, что все командиры стрелковых полков 8 гв.сд были только что назначены и не имели опыта управления на уровне полка: майор Стариков, сменивший командира 1075 сп полковника Капрова, был до этого начальником разведотдела 8 гв.сд, а комиссар Корсаков, сменивший раненого у деревни Пешки 26 ноября 1941 г. командира 1077 сп майора Шехтмана, был полковым комиссаром этого полка.

Наибольший боевой опыт был у самого младшего – и по званию, и по должности, и по возрасту – у командира 1-го батальона 1073 сп старшего лейтенанта Б. Момыш-улы, сменившего 26 ноября 1941 г. в должности командира 1073 сп майора Елина.

Именно исходя из этого своего опыта (вспомним недавний – всего три дня назад – ночной налёт на Лопотово), Момыш-улы вечером 29 ноября 1941 г. направил 1-й стрелковый батальон (командир лейтенант Исламкулов) в только что занятый немцами совхоз Дедешино с заданием – внезапной атакой нанести урон противнику, расположившемуся на ночлег.

Едва успел 1 сб отправиться выполнять задание, как 1073 сп получил приказ № 23 (о нем было сказано ранее) на переход полка в Крюково.

Наступило 30 ноября 1941 года.

Сначала приведу выписку из «Краткого очерка боевых действий 8 гв.сд»:

«30.11.41 г. Части дивизии с приданными частями занимают положение согласно боевого приказа №23.

1077 сп повёл наступление на Алабушево. Не имея поддержки огневых средств, танков, к 12.30 уничтожил до двух рот пехоты противника, 1 танк и 1 – 75-мм орудие, занял Алабушево.

Противник, сосредоточив 12 танков, до 100 автоматчиков и двух рот пехоты, потеснил полк к восточной окраине Крюково.

Полк перешёл к обороне: отметка 186,5 <западнее пруда Водокачка и севернее Крюково и кирпичного завода – И.Б.> – Крюково.

1075 сп под воздействием 15 танков и до полка пехоты был оттеснён с занимаемого рубежа на дачи – станция Малино – МТС, где и занял оборону.

1073 сп занял оборону на западной окраине Крюково – Каменка, совместно с 51 кп 44 кд. При переходе был подвергнут сильному миномётному обстрелу из района Матушкино».

Дополню и уточню сведения из «Краткого очерка…» за 30 ноября 1941 г.

Сначала – о боевых действиях 1077 сп.

1077 сп в 11 часов 30 минут 30 ноября, совместно с 15 кавалеристами 20 кд, без поддержки артиллерии и танков, повёл наступление на Алабушево. Уничтожив до двух пехотных рот противника, один танк и одно 75-мм орудие, полк в 12.30 занял Алабушево. Однако противник вскоре оправился от удара и, сосредоточив до 100 автоматчиков и двух рот пехоты, при поддержке 8 танков перешёл в контратаку против правого фланга полка, где оборонялся 1-й батальон. Полк вынужден был под ударами превосходящих сил противника отходить вдоль железной дороги, заняв к исходу дня оборону на северо-восточной окраине Крюково, по рубежу: отметка186,5 - Крюково.

Трудно объяснить такую неподготовленную атаку 1077 сп. Мы и раньше встречались с такого рода контратаками: например, контрудар группы Доватора 24 ноября 1941 г. под Солнечногорском. Тогда удалось несколько притормозить стремительное наступление германских войск. Возможно, расчёт на это был и здесь. А возможно и другое: «Вы без приказа сдали Алабушево, приказываю занять его снова!»

Между тем удар немецких частей, направленный на выход к Ленинградскому шоссе, отбросил 1077 сп в сторону Крюково, а вражеские танки от Алабушево вышли к перекрёстку Ленинградского и Льяловского шоссе на 41-м километре, захватив (около 14.00 30 ноября 1941 г. деревню Матушкино). Этот удар создал угрозу окружения 7 гв.сд, оборонявшей полосу от Ленинградского шоссе до села Льялово.

Теперь – о боевых действиях 1075 сп 30 ноября 1941 г.

1075 сп в 14.00 отбил очередную атаку противника, силой до пехотного полка при поддержке 15 танков. Однако в 16 часов до батальона пехоты противника при поддержке 8 танков перешли в наступление на участке обороны 2-го батальона полка, 5 танков с пехотой атаковали 3-й батальон. В результате боя батальоны вынуждены были оставить занимаемые рубежи и отойти. 2-й батальон занял рубеж по опушке леса северо-восточнее Александровки; 3-й батальон - по опушке леса восточнее и юго-восточнее Александровки. 1-й батальон 1075 сп, атакованный до батальона пехоты противника при поддержке 2 танков, отошёл в район кирпичного завода, 1 км. севернее Крюково. В ходе ведения боя подразделения полка, по докладу штаба, потеряли 5 человек убитыми и 10 ранеными.

Итоговое боевое донесение командира 1075 сп майора Старикова за 30 ноября 1941 г. уточняет картину боя:

«1077 сп, перейдя в наступление захватил Алабушево, но контратакованный пр-ком отошёл неизвестно куда, в результате чего 1/1075 сп <1-й батальон 1075 сп> вынужден был занять рубеж (иск) Пр., КИРП <Пр – пруд Водокачка (у пруда расположен завод Красный Октябрь), КИРП – кирпичный завод в 1 км севернее станции Крюково – И.Б.>.

Левее 1073 сп выдвигается в р-он Крюково, связь с ним установлена.

124 кп <124-й кавполк 20-й кавдивизии> и 14 кад <14-й кавалерийский артиллерийский дивизион 20-й кавдивизии>, оборонявшие рощу юго-вост. АЛЕКСАНДРОВКА, выходят в район Б.РЖАВКА <т. е. выводятся во второй эшелон – И.Б.>.

2/1075 сп <2-й батальон 1075 сп> обороняет рубеж: жел.дор., сев.зап. окраина АЛЕКСАНДРОВКА.

3/1075 сп <3-й батальон 1075 сп> обороняет зап. окраину АЛЕКСАНДРОВКА.

5. Миномётный батальон занимает огневые позиции в роще юго-восточнее АЛЕКСАНДРОВКА.

6. Решил прочно удерживать занимаемый рубеж обороны, не допуская продвижения пр-ка на юго-восток».

Из вышеприведённого видно, что основной удар врага пришёлся по 1077 сп и по 1-му батальону 1075 сп. Вероятно, передовой отряд немецких войск, кроме Матушкино, захватил и деревню Савелки, но вскоре оставил её, вернувшись на основные позиции.


Теги:Алабушево, Крюково, Панфиловская дивизия, жуков, Савёлки, Матушкино



Читайте также

Комментарии (0)
avatar