Главная › Каталог статей › Исторический очерк › Очерки
Очерки
Теория социального развития (Гл. I-V)
21.08.2017 211 0.0 0



Эта работа была написана мной 36 лет назад, в 1979 году. Я хотел уяснить для себя возможность выхода из того тяжёлого положения, в котором оказался СССР к тому времени. Конечно, я не мог поверить тем искусственным теоретическим конструкциям, которыми обосновывался социалистический путь развития. Не удовлетворяла меня и апология капиталистического пути.

Я сознательно не стал менять ни одного слова в приведённом далее тексте: основные положения верны, на мой взгляд, и сейчас.


ОГЛАВЛЕНИЕ

Введение

Глава 1. Господство метафизики в теории социального развития

Глава 2. Некоторые понятия политической экономии

Глава 3. Динамика развития орудий труда. Технические революции

Глава 4. Классы. Классовая борьба. Социальные революции

Глава 5. Социальные революции и свобода человека

Глава 6. Механизм смены общественно-экономических формаций

Глава 7. Начальный этап эволюции капиталистической общественно-экономической формации

Глава 8. Возникновение технологического и технического классов

Глава 9. Место социалистического строя в общей линии развития общества

Глава 10. Эволюция капиталистического строя от технической революции до технологической социальной революции.

Глава 11. Эволюция технологического строя от возникновения до интеллектуальной социальной революции

Глава 12. Дальнейшее развитие общества (интеллектуальная, постбиологическая, космическая общественно-экономические формации)

Глава 13. Марксизм с колокольни 80-х годов XX века

Глава 14. Марксизм как религиозное учение

Глава 15. Нарушение основной линии развития общества

Заключение (задачи современного этапа классовой борьбы)

 

Введение

Я — гражданин Советского Союза. Это и гордость, и боль. Гордость — за великие научные и культурные достижения моей страны, за трудолюбивый и душевный народ. Боль — за те невероятно чудовищные искажения в управлении страной, которые имеют столько тяжелых последствий, начиная от всеобщей материальной коррупции, ржавчиной разъевшей страну, и кончая духовной коррупцией, растлевающей умы и сердца миллионов честных людей. Эту всеохватывающую раковую опухоль не ощущает человек за пределами СССР, сколько бы его ни пичкала своими измышлениями западная пропаганда: у нее свои корыстные интересы, ее стремление — доказать, что Советский Союз — плохо, а Запад — хорошо.

В этой своей апологии буржуазная идеология не может дать позитивного ответа на вопрос о будущем развитии общества, ибо будущее мыслится ею, как простая экстраполяция нынешнего, капиталистического состояния общества, произведенная в области развития техники. Капиталистический строй, по их мнению, вечен и незыблем. Так же вечен и незыблем с точки зрения марксизма-ленинизма коммунистический строй.

Такой метафизический характер утверждений настораживает и заставляет искать диалектику в развитии человеческого общества, используя тот богатый аппарат диалектического мышления, который был открыт Гегелем и распространен на человеческое общество Марксом.

Но Маркс, правильно раскрыв диалектику прошлого развития общества включительно до победы капиталистического строя, не смог распространить свои выводы на будущее развитие общества, заменив их метафизическими положениями о коммунистическом обществе и диктатуре пролетариата.

В предлагаемом читателю очерке рациональное зерно учения Маркса — диалектика развития человеческого общества от одной общественно-экономической формации к другой — применяется для анализа настоящего и будущего социального развития общества.

Глава 1. Господство метафизики в теории социального развития

Человечество всегда стремилось и стремится к лучшей жизни, к более высокому уровню материального и духовного благосостояния. Именно поэтому так много усилий прикладывается для выяснения тенденций развития человеческого общества.

Это стремление нашло отражение в мифах, сказках древних времен. Этот лозунг был начертан на знаменах всех восстаний и революций прошлого, этот вопрос занимал умы философов, декларировался большинством государственных правителей, провозглашался всеми религиями. При этом большинство деятелей искренне полагали, что материальное и духовное благосостояние будет достигнуто, если не немедленно, то в неотдаленном будущем. Особенно четко эта уверенность проявилась в XIX-XX веках, когда, с одной стороны, уровень жизни общества действительно значительно улучшился, а, с другой стороны, общество начало осознавать свою структуру и законы, управляющие движением общества.

В настоящее время, независимо от социальной направленности учений — буржуазной или коммунистической — каждое из двух направлений утверждает, что при предлагаемом им способе развития будет достигнута (и в ближайшем историческом будущем) конечная цель — высокое материальное и духовное благосостояние всех членов общества. В этом смысле оба направления социальных учений по своей сущности метафизичны.

Наука всегда предпочитает естественное объяснение какого-либо феномена, находящее свое равноправное место в историческом логическом ряду фактов, некоторому искусственному, «чудесному» объяснению, ставящему феномен в исключительное, «божественное» положение по отношению к другим объектам или фактам (сравните, например, религиозное и дарвиновское объяснения происхождения человека, или эволюцию представлений об элементарных частицах в физике от «неделимого» атома до множества специфических, обладающих своими свойствами, частиц).

Так и социальная наука, если она хочет оставаться наукой, должна стремиться, чтобы развитие общества представляло собой ряд равноправных (но, конечно, имеющих свою специфику), логически вытекающих один из другого этапов, имеющих единый механизм перехода от одного этапа к другому и допускающих последующее развитие.

В нынешнюю же эпоху буржуазная теория социального «развития» (здесь кавычки, пожалуй, уместны), объявляя свободный рынок универсальным средством, ведущим к разрешению основных социальных поблеем общества, прибегает как раз к такому «чудесному» средству разрешения всех противоречий, ставя нынешнюю эпоху в исключительное положение по отношению к предыдущим и полагая тем самым в своей теории предел дальнейшему социальному развитию общества.

С другой стороны, коммунистическая теория социального «развития» (марксизм-ленинизм), утверждая ведущую роль пролетариата в развитии общества, приходит к выводу о неизбежности построения бесклассового коммунистического общества, равным образом прибегая к «чудесному» средству. Как и в предыдущем случае, эволюция общества, как социальной системы, по марксизму-ленинизму на этом прекращается. Таким образом, метафизический характер обеих теорий налицо.

Но поставим вопрос об эволюции общества несколько по-другому. Может быть, общество и в самом деле достигло такого уровня развития, что основные социальные проблемы разрешены, либо могут быть разрешены совершенствованием механизма свободного рынка, либо путем постепенного перехода к бесклассовому коммунистическому обществу?

Чтобы ответить на этот вопрос, недостаточно указать на метафизичность существующих социальных теорий. Необходимо убедительно показать, что нынешний этап развития общества является рядовым членом в последовательности других этапов, выяснить механизм перехода от одного этапа к другому.

А отмеченный выше факт метафизичности существующих социальных теорий может служить только причиной, побуждающей к дальнейшему исследованию с целью попытаться найти естественное объяснение эволюции общества.

Все последующее изложение представляет собой попытку такого естественного объяснения эволюции общества.

Для того чтобы изложение было цельным, в ряде следующих глав придется еще раз напомнить некоторые общеизвестные положения.

Глава 2. Некоторые понятия политической экономии

Людям, для того чтобы удовлетворить свои постоянно возрастающие потребности, необходимо производить материальные блага. Для этого люди подвергают обработке вещи, материалы, которые или имеются в природе, или подвергаются человеком же предварительной обработке. Такие вещи, материалы, на которые направлен труд человека, называются предметами труда.

Предметы труда подвергаются обработке с помощью инструментов, станков, приборов. Такие вещи, с помощью которых люди перерабатывают предметы труда с целью производства материальных благ, называются орудиями труда. Кроме непосредственной переработки предметов труда в процессе производства должен быть обеспечен целый ряд вспомогательных, сопутствующих операций: размещение, транспортировка, снабжение энергией и информацией, хранение и т.п. Орудия труда совместно с материальными объектами, позволяющими осуществлять подобные операции, составляютсредства труда. Среди средств труда определяющее место принадлежит орудиям труда. Совокупность средств и предметов труда, участвующих в процессе производства и используемых людьми для создания материальных благ, составляет средства производства.

Совокупность средств производства и людей, приводящих их в действие, образует производительные силы общества.

В процессе производства между людьми складываются экономические отношения, вызываемые необходимостью объединения их для совместной деятельности, разделения труда, обмена результатами труда и распределения материальных благ. Совокупность этих отношений называетсяпроизводственными отношениями. Единство производительных сил и производственных отношений образует способ производства.

Способ производства обуславливает политическую и юридическую надстройки общества, формы общественного сознания и вместе с ними характеризует определенную ступень развития человеческого общества — общественно-экономическую формацию.

История человечества насчитывает следующие четыре общественно-экономические формации, последовательно сменявшие друг друга: первобытнообщинную, рабовладельческую, феодальную, капиталистическую. Согласно учению марксизма-ленинизма за капиталистической общественно-экономической формацией необходимо следует коммунистическая формация.

Для характеристики общественно-экономической формации решающим является способ производства. В свою очередь, важное место в становлении, функционировании и развитии способа производства занимают средства труда. Ценным в этом отношении является замечание Маркса: «Экономические эпохи различаются не тем, что производится, а тем, как производится, какими средствами труда. Средства труда не только мерило развития человеческой рабочей силы, но и показатель тех общественных отношений, при которых совершается труд».

Поэтому для того, чтобы выяснить механизм перехода от одной общественно-экономической формации к другой, рассмотрим динамику развития определяющей составляющей средств труда — орудий труда.

Глава 3. Динамика развития орудий труда. Технические революции

Развитие человека является продолжением развития живой природы в целом. При этом общая тенденция, основной закон развития живой материи заключается в стремлении обеспечить все более высокую степень устойчивости живого среди всей природы. Слово «стремление», конечно, не следует принимать, как некоторое сознательное действие, а, скорее, как имманентное свойство. Перед этим законом на второй план отступает и стремление к сохранению вида, в том числе и человека (как вида).

Не считая себя вправе рассматривать степень необходимости возникновения живого в общем процессе эволюции материи, отметим, что, по нашему мнению, при условии возникновения живой материи основной закон ее развития с достаточно большой степенью вероятности приводит к возникновению разумной материи.

Человеческое общество возникло в тот исторический «момент» (длившийся многие сотни тысяч лет), когда, по образному выражению Энгельса «обезьяна взяла палку и стала ею пользоваться для добывания средств к пропитанию». Иными словами, именно труд и орудия труда явились решающим фактором в процессе возникновения человека; и дальнейшее развитие человеческого общества стало определяться прежде всего развитием орудий труда.

Процесс освоения палки как орудия добывания пищи, защиты и нападения, длившийся сотни тысяч лет, можно назвать первой технической революцией, подготовившей выделение человека из остальной природы. Этому первому орудию труда соответствовала и первая форма производства — собирание плодов.

Но первобытное общество в силу основного закона развития живой материи перешло к созданию и освоению более совершенных орудий труда, которым соответствовали и новые формы производства.

Следующей вслед за собиранием плодов формой производства явилось рыболовство; при этой форме производства появляются такие орудия труда, как острога, рыболовная сеть, и средства труда — лодка. По-видимому, на этом этапе развития возникло и использование человеком огня.

Следующей (и более сложной формой производства) явилась охота. Здесь используются уже более совершенные орудия труда (орудия охоты) — лук, стрела с наконечником, дротик, топор, сначала каменные, а потом и металлические (производство железа, бронзы). Необходимость транспортировки добычи обусловила возникновение элементарных форм транспорта — носилок. Скорее всего, на этом этапе возник и колесный транспорт — повозка, тачка.

Приручение человеком животных привело далее к возникновению животноводства. Соответственно, совершенствуются орудия труда, технологические приемы обработки животного сырья, средства транспорта. Наконец, уже на высоком уровне развития первобытнообщинного строя возникают зачатки земледелия со своими орудиями труда.

Таким образом, развитие первобытнообщинной общественно-экономической формации сопровождается возникновением последовательно все более усложняющихся форм производства и, соответственно, орудий, средств и предметов труда. Отсюда возникают вопросы: является ли первобытнообщинная формация неделимой, как формация; нельзя ли тот доисторический период развития общества представить разделенным на отдельные этапы (общественно-экономические формации), где бы более четко выяснялась степень дифференциации общества и место каждой группы общества (протокласса) в общественном разделении труда? На наш взгляд, именно так и есть: развитие первобытнообщинного строя на самом деле совершалось в виде переходов от одной общественно-экономической формации к другой со своими последовательно сменявшимися в качестве основных формами производства, которым соответствовали свои орудия труда и свои технические революции (и, забегая вперед, со своими социальными революциями, сопровождавшимися изменениями в протоклассовой структуре общества). Но проблема эта дискуссионна, а задачи нашего очерка несколько другие. Поэтому, отметив эту особенность, как гипотезу, будем далее, где это придется, пользоваться общепринятой терминологией и представлением первобытнообщинного строя, как единого и неделимого, а все коренные изменения в орудиях труда и формах производства будем называть второй технической революцией.

Заметим далее, что некоторые звенья в цепочке форм производства («собирание плодов — рыболовство — охота — животноводство — земледелие») могут отсутствовать в истории развития отдельных племен и народов из-за отсутствия подходящих природных условий. Однако в дальнейшем по мере увеличения независимости формы производства от природных условий такие случаи не будут иметь места за исключением, конечно, тех, когда из-за неравномерности развития более передовая формация поглощает значительно отсталую формацию.

Следующей исторически сложившейся общественно-экономической формацией явиласьрабовладельческая. При переходе к рабовладельческому строю уже имеется хорошо развитая система таких форм производства, как охота, рыболовство, животноводство и зачатки земледелия. За тысячелетия существования рабовладельческого строя происходит совершенствование земледелия как формы производства. Наконец, когда орудия земледельческого труда, технология обработки земли (сроки и способы) и сами сельскохозяйственные культуры оказываются достаточно усовершенствованными (третья техническая революция), совершается переход к новому общественному строю —феодальному.

При феодальном строе земледелие — основная форма производства. Но внутри феодальной формации зарождается и развивается новая форма производства — промышленность. Ее зарождение и развитие обуславливается стремлением человечества более полно использовать для своих потребностей окружающую природу, а возможность такого развития обеспечивается возросшим экономическим и интеллектуальным потенциалом всего общества. Сначала происходит совершенствование ручных орудий ремесленного труда, способов обработки изделий, возникают новые формы организации ремесленного труда (цеховая организация, простая кооперация, мануфактура). Затем происходит переход от ручных орудий труда в промышленности к машинам. Создание машин в качестве орудий труда промышленного производства (ткацкий станок, паровая машина и т.п.) знаменует собой четвертую техническую революцию (больше известную под названием «промышленный переворот»), подготовившую технико-экономические основы будущего капиталистического строя.

При капиталистическом строе промышленность — основная форма производства. Но в недрах капиталистической формации в настоящее время (эпоху) мы видим зарождение новой формы производства. Эта новая форма производства направлена на придание машинам большей степени «самостоятельности», которая позволяет без участия (или почти без участия) человека: а) выполнять целую последовательность операций по изготовлению какого-либо изделия; б) обследовать изделие (ситуацию) и в зависимости от результатов анализа выбирать путь дальнейшей обработки (дальнейших действий), т.е. принимать решения. Вначале новая форма производства выглядела простым совершенствованием машинной формы производства. Пример: еще в начале XIX века (1808 г.) было создано первое поточное производство с ручной передачей изделий (при производстве вооружения). Затем, во второй половине XIX века, такие же ручные поточные производства были созданы последовательно для производства швейных, сельскохозяйственных, пишущих машин, велосипедов, автомобилей.

Следующим этапом в развитии новой формы производства явилось создание автоматических линий, где все операции по изготовлению изделия выполнялись без участия человека; в 1923 году возникает первая автоматическая линия в производстве (механическая обработка цилиндров, английская фирма «Моррис Моторс»). Автоматические линии широко стали внедряться в 50-х годах XX века.

Однако оба вышеприведенных этапа развития новой формы производства еще не опирались на техническую базу, адекватную этой форме производства: на обоих этапах использовались либо ручной труд, либо специальные машины. И лишь с появлением вычислительных машин, берущих на себя целый ряд операций, требующих анализа ситуации и принятия решений (операций, ранее свойственных только человеку), новая форма производства получила инструмент, соответствующий ее постоянно усложняющимся требованиям. Именно с этого «момента» начался отсчет пятой технической революции, которая находится пока в начальной стадии и должна подготовить технико-экономическую базу будущей общественно-экономической формации.

Эту будущую формацию марксизм-ленинизм называет коммунистической, буржуазная социальная наука считает эту формацию частью капиталистической формации, ее простым продолжением. Дискуссию по этому вопросу отложим до главы 9, а сейчас заметим, что только при будущей общественно-экономической формации автоматизированное производство — основная форма производства.

Можно предположить, что при будущем общественном строе возникает новая форма производства, развитие которой приведет через шестую техническую революцию к следующему общественному строю, и таким образом выстроить последовательность общественно-экономических формаций, сменяющих одна другую. Однако механизм такой смены при этом неясен. Для выяснения этого вопроса рассмотрим соотношение между технической революцией и переходом к новому общественному строю.

Техническая революция утверждает новую форму производства в рамках старой общественно-экономической формации и готовит технические и экономические условия перехода к следующей формации. Конечно, техническая революция является только звеном в цепи такого перехода, причем первым звеном, образно выражаясь, «ключом», которым заводится механизм перехода. Более полно этот механизм будет рассмотрен в последующих главах, когда речь пойдет о производственных отношениях и социальных революциях.

Итак, техническая революция — есть качественный скачок в создании, в первую очередь, орудий труда в той форме производства, которая будет основной в будущей общественно-экономической формации.

При этом действие основного закона развития живой материи реализуется в технической революции в переходе к все более опосредованным по отношению к природе средствам труда. Если поставить в соответствие ряду технических революций ряд символов, отображающих эти революции, то такой ряд символов будет выглядеть следующим образом: палка — копье и кнут — плуг — паровая машина — компьютер —… и т.п.

Функция палки совершенно иная, чем у куска дерева; здесь налицо первая степень опосредованности орудий труда по отношению к природе. Копье и кнут еще более увеличивают эту опосредованность, не только удлиняя руку человека, но и позволяя выполнить принципиально новые и более сложные трудовые функции. Соха и плуг отмечают первый сложный технологический процесс, который совершал человек, а система «человек — соха — бык» впервые добавила к прежним качествам орудий труда энергетическую помощь. Паровая машина символизирует собой решающий шаг на пути усиления энергетической мощи человека. Наконец, компьютер знаменует собой вторжение орудий труда в область, являющуюся ранее исключительной прерогативой человека, — умственную деятельность, связанную с обработкой информации и принятием на этой основе решений. Таким образом, развитие орудий труда идет по линии от усиления (и замены) физической деятельности человека к усилению (и замене?) умственной деятельности человека, или, упрощая, — по линии «энергия — информация». Можно предположить, что и при дальнейшем развитии орудий и средств труда должна соблюдаться эта тенденция. Поэтому следует ожидать, что будущий качественный скачок в развитии орудий и средств труда будет заключаться в совершенствовании физической (энергия) и интеллектуальной (информация) природы живого.

Этот будущий скачок можно назвать шестой технической революцией.

На этом этапе эволюции человечества впервые основной закон развития живой материи, требующий увеличения устойчивости живого в природе, вступает в серьезное противоречие с требованием сохранения человека как вида. Известное утверждение Энгельса о жизни, как форме существования белковых тел, подразумевает, что сохранение человека как вида является необходимым и выступает в качестве апологии человека как высшей формы развития живой материи.

На наш взгляд, справедлива другая – более общая – точка зрения, согласно которой свойства живого носят функциональный характер и не связаны с сохранением конкретной физической природы живой материи.

По-видимому, настанет время, когда основной закон развития живой материи потребует отказа от нынешней (белковой) природы человека.

Орудия и средства труда составляют лишь одну часть производительных сил общества. Чтобы полнее раскрыть принципы развития общества, необходимо рассмотреть развитие производительных сил в совокупности, т. е. включая человека как составную часть производительных сил.

Глава 4. Классы. Классовая борьба. Социальные революции

Люди вместе со средствами производства составляют производительные силы общества. При этом люди являются главной, наиболее активной составной частью производительных сил, приводя в действие средства производства, развивая и совершенствуя средства и предметы труда, создавая новые машины и материалы.

Люди для овладения природой объединяются в коллектив, вступая между собой в процессе производства материальных благ в особые отношения – производственные отношения. Образование коллектива людей, развитие производственных отношений есть длительный процесс перехода от животного стада к роду и далее через общину к государству.

При первобытнообщинном строе производственные отношения не носят антагонистического характера ввиду низкой производительности труда, не позволяющей создавать материальных благ выше минимального для проживания уровня, невыгодно использовать человека как орудие труда. Лишь с развитием производства (вторая техническая революция) оказывается возможным производить больше продуктов питания, чем это необходимо для поддержания существования человека, и именно с этого момента становится выгодным использовать человека как орудие труда. Так «…возникло первое крупное разделение общества на два класса – господ и рабов, эксплуататоров и эксплуатируемых» (Энгельс).

Для выяснения понятия класса воспользуемся известным положением Ленина: «Классами называются большие группы людей, различающиеся по их месту в исторически определенной системе общественного производства, по их отношению (большей частью закрепленному и оформленному в законах) к средствам производства, по их роли в общественной организации труда, а, следовательно, по способам получения и размерам той доли общественного богатства, которой они располагают. Классы, это такие группы людей, из которых одна может присваивать себе труд другой, благодаря различию их места в определенном укладе общественного хозяйства».

На высшей ступени развития первобытнообщинного строя возникло разделение на два основных класса – рабов и рабовладельцев. Это разделение должно было привести (хотя и не сохранилось исторических подтверждений) к первым классовым битвам, в которых класс рабовладельцев и его союзник – класс рабов – противостояли доклассовой организации общества. В ходе этих классовых битв (первая социальная революция) был совершен переход к рабовладельческой общественно-экономической формации.

Рассматривая вопрос возникновения рабовладельческого строя с точки зрения основного закона развития живой материи, необходимо отметить, что, если возникновение человечества знаменовало собой выделение сознательной материи (человека) из остальной живой природы как более высокой формы развития живого, то победа рабовладельческого строя знаменовала собой окончательное утверждение выживания человека как вида.

Каждую победу человечества в борьбе с природой, особенно такую победу, которая существенно важна для человечества в целом, можно рассматривать как достижение более высокого уровня свободы человека. С этой точки зрения переход к рабовладельческому строю обеспечил человечеству следующую степень свободы – выживание человека как вида, т. е. обеспечение существования человеческого общества.

Но за это было заплачено дорогой ценой, а именно порабощением (сначала экономическим, а затем и оформившимся политически – государством) меньшей частью человечества большей его части. Один человек стал использовать другого как орудие труда. С этих пор борьба человека с природой стала соседствовать с борьбой между антагонистическими классами общества – классовой борьбой.

Классовая борьба между рабами и рабовладельцами проходит через весь период существования рабовладельческой формации. Но в недрах этой формации начинает интенсивно развиваться земледелие, возникают два новых класса – класс феодалов и класс крепостных. На последней ступени рабовладельческого общества эти классы начинают играть всё большую роль в классовой борьбе, причем класс феодалов становится во главе этой борьбы, а классы крепостных и рабов – его союзниками.

Конечно, излагаемый здесь процесс развития представлен в рафинированном виде; на самом деле это был противоречивый и длительный процесс.

Отметим два момента, касающиеся развития новых классов и их участия в классовой борьбе.

Во-первых, развитие новых классов определяется развитием новой формы производства (в первую очередь – новых орудий труда), возникающих и совершенствующихся в ходе технической революции.

Во-вторых, несмотря на антагонистический характер взаимоотношений зарождающихся классов, их объединяет борьба с господствующим классом.

На этапе достижения общественно-экономической формацией своей зрелости возникает противоречие между новыми производительными силами общества и господствующими производственными отношениями. Противоречие это заключается в том, что новые производительные силы перерастают производственные отношения, господствующие в данной общественно-экономической формации; последние становятся тормозом в развитии новых производительных сил. Это противоречие нарастает постепенно от различия к противоположности и далее – через противоречие к антагонизму.

Это антагонистическое противоречие разрешается социальной революцией. Движущими силами революции являются два класса, связанные с новой формой производства, а также основной угнетенный класс данного общественного строя, так как последний также заинтересован в новых средствах производства и в новых производственных отношениях для своей формы производства.

В более узком смысле слова, социальная революция разрешает противоречие между экономической властью, носителем которой является класс, владеющий новыми средствами производства (для рабовладельческого общества это класс феодалов) и политической властью, носителем которой является класс, владеющий старыми средствами производства (для рабовладельческого общества это класс рабовладельцев), причем противоречие разрешается в пользу более прогрессивных производительных сил. Победа передовых классов в социальной революции ведет к установлению политической власти нового господствующего класса (в рассматриваемом случае - феодалов). Социальная революция является необходимым механизмом эволюции человеческого общества и имеет противоречивый характер.

Главным, определяющим моментом социальной революции является, как отмечалось выше, то, что она служит механизмом диалектического разрешения противоречия между достигнутым уровнем развития производительных сил и исчерпавшими себя старыми производственными отношениями, приводит производственные отношения в относительное соответствие с характером производительных сил, обеспечивая в конечном итоге более высокий уровень производства материальных благ для всего общества (хотя распределение этих благ – пусть на более высоком уровне – остается неравномерным).

В смысле этого определяющего момента в победе революции заинтересованы все классы, кроме господствующего класса отживающего общественного строя. При этом гегемоном социальной революции является класс, владеющий средствами производства новой, передовой формы производства.

С другой стороны, победа социальной революции и нового общественного строя не устраняет эксплуатации человека человеком, а лишь видоизменяет форму этой эксплуатации. Поэтому эксплуатируемые классы, имея в социальной революции общие цели с классом-гегемоном, определяемые основным противоречием эпохи кануна социальной революции, имеют и свои особые цели, связанные со стремлением ликвидировать эксплуатацию человека человеком. Эта цель в полном объеме недостижима, но от степени участия эксплуатируемых классов в социальной революции, от степени осознания ими своей роли в революционном процессе зависит глубина преобразований, совершаемых в ходе социальной революции.

Глава 5. Социальные революции и свобода человека

Уже процесс возникновения человека явился революционным скачком, увеличившим независимость живой материи от природы, скачком из царства животной необходимости в царство животной свободы; достижение последней одновременно знаменовало собой переход в царство человеческой необходимости.

Таков первый уровень свободы, достигнутый человечеством.

В результате следующей, второй всемирно-исторической революционной эпохи вместе с переходом от первобытнообщинного строя к рабовладельческому был достигнут второй уровень свободы – окончательное обеспечение выживания человека как вида.

Но одновременно с достижением нового уровня свободы (и по этой причине) возникла эксплуатация человека человеком, использование одной группой людей (одним классом) другой группы людей (другого класса) в качестве орудий труда.

Дискуссионной является проблема всеобщности эксплуатации в ходе развития сознательной материи, т. е. открытым на наш взгляд остается вопрос: характерно ли возникновение эксплуатации на определенном этапе развития сознательной материи только для человека как одной из форм сознательной материи (т. е. из-за специфических свойств человека и особенностей отношения человека к природе), либо эксплуатация является необходимым признаком (атрибутом) в развитии любой формы сознательной материи?

Во всяком случае в человеческом обществе эксплуатация человека человеком возникла необходимым образом.

Для данного изложения существенным является то, что с момента разделения общества на классы наряду с существовавшей ранее борьбой человека против сил природы возникает борьба групп людей между собой за освобождение от эксплуатации – классовая борьба, и в процессе развития общества достигается не только всё большая степень свободы человека по отношению к природе, но и всё большая степень свободы человека (точнее, основной массы людей, т. е. эксплуатируемых классов) внутри самого человеческого общества.

При рабовладельческом строе жизнь раба находится в полном распоряжении рабовладельца, раб является основным орудием труда. С победой феодальной социальной революции эксплуатируемые классы достигаю большей степени свободы по сравнению со своим положением в рабовладельческом обществе – свободы жить, права на жизнь. Установление феодального способа производства явилось сильным стимулом развития производительных сил – производственные отношения были приведены в соответствие с производительными силами общества. В экономическом плане это выразилось в том, что была установлена феодальная собственность на землю, непосредственные производители были наделены землей (в основном – прикреплены к земле) и средствами производства; в политическом плане – крепостные крестьяне стали обладать большей свободой, так как собственность на них феодалов стала уже неполной.

На первом этапе развития феодального общества происходит закрепление завоеваний феодальной революции. Вместе с тем создаются условия для дальнейшего совершенствования ремесла, которое становится зачатком промышленного производства.

Вначале этот новый вид производства основывается исключительно на элементарных орудиях труда и является ручным. На этом этапе создаются первичные организационные формы промышленного производства: усиливается разделение труда, создается цеховая форма организации производства, резче очерчивается социальная дифференциация внутри развивающегося промышленного производства – всё четче обозначается граница между возникшими классами – пролетариатом и буржуазией. Все только что перечисленные признаки образуют новые производительные силы и производственные отношения – зародыш, который в будущем породит основное противоречие феодальной общественно-экономической формации.

Всё большее разделение труда в промышленном производстве приводит к тому, что трудовые операции, которые выполняет ремесленник, становятся настолько элементарными и четко выделенными, что порождают новую форму организации производства – мануфактуру, т. е. капиталистическое предприятие, основанное на разделении труда и ручной, ремесленной технике. Мануфактура создала предпосылки для крупного промышленного производства, способствовала дальнейшему разделению труда, значительно упростила многие трудовые операции, усовершенствовала орудия труда и кадры рабочих.

Разделение процесса труда в промышленном производстве на последовательность элементарных операций, желание капиталистов увеличить свои прибыли привели к необходимости использования более совершенных орудий труда, выполняющих сложные трудовые операции. И такие орудия были созданы. Этот период принято называть промышленным переворотом, а по существу это – четвертая по счету техническая революция в истории человеческого общества.

В техническом плане основной чертой этой технической революции была замена в большинстве видов деятельности мускульной, механической силы человека механической силой машины. Именно паровая машина, позволившая в значительной мере заменить механическую энергию человека, явилась символом этой технической революции. Промышленный переворот положил начало переходу от мануфактурного производства к машинному производству, в результате чего были заложены основы материально-технической базы буржуазного общества, производительные силы общества во всё возрастающей мере стали определяться промышленным производством.

Однако такое изменение соотношения в производительных силах общества привело к обострению основного противоречия феодального общества. Развитие промышленности требовало всё большего использования наемного труда, свободной продажи производителем своей рабочей силы, а производственные отношения феодального общества, основанные на прикреплении крестьян к земле, препятствовали этому.

Буржуазии, для того, чтобы обеспечить простор развитию промышленности с целью увеличения своих прибылей, необходимо было сосредоточить в своих руках не только экономическую, но и политическую власть. Поэтому в своей борьбе с феодалами буржуазия выдвигает лозунг политической свободы, включающий ряд требований.

Первое требование – это требование свободы, установление которой должно раскрепостить крестьян и тем самым обеспечить приток рабочей силы, наемного труда в промышленное производство.

Второе требование - это требование равенства, установление которого должно лишить наследственных привилегий класс феодалов, оставляя и закрепляя, конечно, экономическую привилегию буржуазии и способствуя тем самым установлению политического господства буржуазии.

Наконец, третье требование – это требование братства, которое должно освятить новые производственные отношения нового – буржуазного – общества, лишенные внеэкономического принуждения, но в полной мере использующие экономическое принуждение.

С этим лозунгом – свободы, равенства, братства – буржуазия вела народные массы к революции и в революции. Конечно, народными массами – пролетариатом и крестьянством – этот лозунг воспринимался не как провозглашение нового вида эксплуатации, а как идеал, к которому должно придти человечество после ликвидации феодального строя.

И всё же, несмотря на несбыточность этих идеалов, победа буржуазной революции обеспечила не только более высокую степень устойчивости человечества в целом по отношению к природе, но и большую степень свободы угнетенных классов внутри человеческого общества, а именно: к прежнему праву индивидуума на жизнь как таковую добавились политические права, ограниченные и урезанные для угнетенных классов, но тем не менее являющиеся следующей завоеванной ступенью на лестнице свободы.

Возможность социальной революции возникает на этапе созревания организационных форм нового (в рассматриваемом случае - промышленного) производства. Отдельные привходящие экономические причины могут послужить ферментом, способствующим развитию основного противоречия общества и тем самым – социальной революции.

Таким, например, ферментом, способствовавшим Нидерландской буржуазной революции XVI века, явилось интенсивное развитие торгового капитала, сделавшее Нидерланды одним из крупнейших торговых и промышленных центров мира и обострившее основное противоречие феодального общества.

В Англии XVII века буржуазную революцию стимулировало развитие текстильной промышленности (обработка шерсти).

Однако, как Нидерландская, так и Английская буржуазные революции явились лишь предтечами мировой буржуазной революции, потому что еще не был сделан решающий шаг в развитии производительных сил общества – создание новых орудий труда, заменяющих мускульную силу человека в основных видах его человеческой деятельности. По этой причине первые буржуазные революции хотя и способствовали развитию буржуазного строя, но были компромиссными по своим результатам, и потребовались еще века, чтобы окончательно разрушить феодальные устои общества и проложить путь капиталистическому строю.

Решающим шагом в победе капиталистических производственных отношений явилась Великая Французская буржуазная революция конца XVIII века. К этому времени в большинстве стран Запада основное противоречие феодального общества достигло крайней степени антагонизма благодаря результатам четвертой технической революции (промышленного переворота).

Окончательная победа буржуазной революции дала мощный толчок развитию производительных сил, освобожденных от пут прежних феодальных производственных отношений.


Теги:развитие, теория



Читайте также

Комментарии (0)
avatar